# Памяти Роберта Эрвина Говарда

Говард Лавкрафт

## Памяти Роберта Эрвина Говарда. Говард Лавкрафт

Внезапная и неожиданная смерть, унесшая 11 июня 1936 года Роберта Э. Говарда, автора несравненных фантастических повестей и рассказов, была для уиад фикшн [1] самым сильным ударом со времени, когда четыре года назад ушел от нас Генри С. Уайтхед.

Говард родился в Пистере, штат Техас, 22 января 1906 года, то есть он застал еще последний этап колонизации Юго-Запада США — постепенного заселения обширных равнин по берегам Рио-Гранде, был свидетелем впечатляющего расцвета нефтяной промышленности и рождения новых городов — как следствие нефтяного бума. Его отец, переживший сына, был одним из первых врачей в тех краях. Семья Говардов жила в восточном и западном Техасе, Западной Оклахоме, а последние несколько лет в Кросс Плейнс, близ Браунвуда в штате Техас. Подрастающий в приграничных краях Роберт рано втянулся в царивший там образ жизни, выдержанный в суровых, мужских традициях. Его знания истории и фольклора родных мест были необычайно глубоки, а содержащиеся в частных письмах воспоминания и описания свидетельствуют о его красноречии и владении выразительными языковыми средствами, которые — если бы он прожил дольше — могли обеспечить ему успех в области литературы.

Его семья происходит из выдающейся когорты переселенцев шотландско-ирландского происхождения, а большинство его предков прибыло в Джорджию и Южную Каролину уже в XVIII веке.

Говард начал писать в возрасте 15 лет, а его первый рассказ «Копье и клык» (SPEAR AND FANG) был опубликован тремя годами позже в июльском номере «Уиад тэйлз» в 1925 году. Говард тогда учился в Колледже Говарда Пейни в Браунвуде. Большей популярностью пользовалась напечатанная в том же журнале в апреле 1926 года его короткая повесть WOLFSHEAD. В сентябре 1928 года был напечатан первый рассказ про Соломона Кана, английского пуританина, отличающегося непреодолимой склонностью к авантюрам и не слишком целенаправленной тягой к исправлению всякого рода несправедливости. Судьба забрасывала Кана в самые удивительные места и прежде всего в населенные тенями руины давно забытых городов, упрятанных в глубине африканских джунглей. Именно в этих произведениях впервые появилось у Говарда то, что позже стало одним из самых главных достижений, — описания гигантских мегалитических городов, принадлежащих миру более древнему, чем наш, где вокруг мрачных башен и лабиринтов подземных сокровищниц возникает аура реликтового ужаса и доисторической магии. Никакой другой писатель не мог с ним в этом сравниться. Мастерские описания кровавых сцен тоже характерны для произведений Говарда. Соломон Кан, как и многие другие герои Говарда, был создан его воображением еще в детские годы, задолго до того, как появились первые рассказы о них.

Говард с глубоким интересом изучал историю кельтов и вообще древнюю историю. Эти занятия привели к тому, что появилась серия повестей и рассказов о доисторическом мире. Серия начиналась рассказом «Королевство теней», напечатанным в 1929 году в августовском номере «Уиад тэйлз», и принесла ему быструю славу. Поначалу эти повествования касались необычайно отдаленных периодов человеческой истории, времен, когда Атлантида, Лемурия и Му находились еще над волнами океанов, а тени существ, населявших те края до человека, людей-змей, были вполне реальны. Главным героем этого периода был Кулл, владыка Валузии. В декабрьском номере «Уиад тэйлз» за 1932 год появился «Феникс на мече» (PHOENIX ON THE SWORD) — первая из повестей о киммерийце Конане, которые переносили читателя в более поздний период предыстории, в мир, каким он был 15000 лет тому назад, как раз перед тем, как были написаны первые хроники. Широта охвата в описании мира Конана, цельность и непротиворечивость этого мира в позднейших произведениях Говарда просто поразительны. Это известно всем любителям фантазии. Говард для своего удобства даже написал очень подробный псевдоисторический труд, описывающий историю выдуманного им мира. По этой работе можно судить о силе его воображения и степени его образованности.

Кроме того, Говард написал много историй о древних пиктах и кельтах, среди них заслуживает внимания серия о вожде Брэне Мак Морне. Немногие из читателей смогут забыть жуткую атмосферу небольшого шедевра литературы ужасов, каким является «Месть из-под земли», напечатанная в «Уиад тэйлз» в ноябре 1932 года. Множество прекрасных произведений Говарда не входило в тематически связанные серии. Среди них следует припомнить цикл «Лицо черепа» (SKULL FACE), а также несколько заслуживающих упоминания историй, в которых действие происходит в наши дни. Среди прочих к ним относится, например, «Черный Канаан» (BLACK CANAAN) — рассказ, насыщенный подлинным местным колоритом далекого юга Америки, в котором Говард мастерски передал атмосферу ужаса, крадущегося через заросшие мхом, кишащие змеями и посещаемыепризраками болота.

Но плодовитый и всесторонний Роберт Э. Говард писал не только фэнтези. Его увлечение спортом, связанное, возможно, с его любовью к истинно мужским единоборствам, привело к созданию образа яхтсмена Стиви Костигана, победителя в парусных гонках. Его приключениями во многих далеких, экзотических странах зачитывались читатели многочисленных журналов. Новеллы о сражениях на загадочном Востоке свидетельствовали о таланте Говарда в создании романтических бурлесков, а все чаще появлявшиеся произведения, касающиеся истории Дикого Запада, как например, цикл BRECKENRIDGE ELKINS, указывали на растущую склонность (и способность) к использованию материала, знакомого ему по собственному опыту.

Поэзия Роберта Э. Говарда — жутковатая, полная битв и приключений — заслуживает внимания в не меньшей степени. В ней есть подлинных дух баллад и эпопей, усиленный пульсирующим ритмом стиха, а также мощной силой воображения автора, которое не имеет себе равных. Многие из этих стихов в качестве «цитат из старинных текстов» стали эпиграфами к его произведениям или отдельным главам. Остается только пожалеть, что до сих пор не был опубликован ни один сборник его поэзии. Будем надеяться, что это будет сделано хотя бы посмертно.

Как и его произведения, характер Роберта Э. Говарда тоже был необычен. Писатель больше всего любил исчезнувший, простой мир варваров или пионеров, в котором отвага и сила ценились выше хитрости интриг, в котором неустрашимые, твердые мужи боролись и проливали кровь, не прося пощады у враждебной природы. Печать этой философии лежит на всех его произведениях, и именно ей обязаны они своей жизненностью, которую можно найти лишь у немногих современных писателей. Никто не умел писать о насилии и страданиях более убедительно, чем Говард. Его описания сражений пронизаны инстинктивным чувством тактики, которое могло бы в случае войны вознести его достаточно высоко. Настоящий тадант Говарда был гораздо более велик, чем это представляли себе читатели и издатели. Если бы он остался жить, то наверняка занял бы место в серьезной литературе эпопеей из жизни своего любимого южного Запада.

Трудно точно сказать, что так выразительно отличало рассказы Говарда от иных, но главный секрет заключался в том, что в каждом из них — независимо от того, писалось ли это произведение на продажу или нет, — автор оставил частицу самого себя. Он был выше меркантильных соображений. Даже там, где он явно поддавался на уговоры своих искушенных в денежных делах издателей и критиков, он оставался собой, а сила и щедрость его таланта придавали неповторимое своеобразие всему, что выходило из-под его пера. Очень редко встречались у него персонажи или ситуации нежизненные и плоские. Под его пером люди и события почти всегда обретали черты жизненности, реальности. Независимо от распространенной издательской политики, Говард всегда черпал свое вдохновение из собственного опыта и знания жизни и никогда не пользовался закостенелыми догмами и мертвыми схемами. Он не только отличался описаниями борьбы и сражений, но был также почти единственным, кто смог передать реальное чувство безумного страха и кошмарной неуверенности. Ни один писатель, пусть даже самого скромного масштаба, не может быть хорошим писателем, если он не относится к своей работе серьезно. Роберт Э. Говард именно так относился к ней. То, что такой мастер ушел в небытие, в то время как легионы борзописцев и графоманов сотворяют бессмысленных вампиров, вурдалаков, космические корабли и оккультные преступления, является воистину печальным доказательством существования иронии Вселенной!

Говард, знаток многих этапов жизни на южном Западе, жил со своими родителями в полусельской местности в Кросс Плейнс, штат Техас. Писательство было его единственной профессией. Как читатель он предпочитал серьезные научные работы, касающиеся таких далеких друг от друга областей, как история юго-запада Америки, Великобритании и Ирландии или Востока и Африки в доисторические времена. В литературе ставил мужество выше хитрости и полностью отвергал модернизм. Он придерживался либеральных политических взглядов и был заклятым врагом социальной несправедливости. Развлечением ему служили занятия спортом и путешествия. Причем последние давали ему повод к написанию увлекательнейших писем, в которых описания перемежались историческими размышлениями. Юмор не был для него характерен, хотя у Говарда было развито чувство иронии, с одной стороны, и он славился неиссякаемым запасом сердечности и веселья, с другой. У него было много друзей, но он не принадлежал ни к одной из клик и презирал любую «художественную прозу». Он более ценил силу духа и тела, чем интеллектуальную игру. Со многими авторами фэнтези он обменивался частыми и обширными письмами, но никогда не встречался с ними лично. Исключением был необычайно талантливый Э. Гоффман Прайс, творчество которого производило на Говарда очень сильное впечатление.

Роберт Э. Говард имел массивное сложение прирожденного воина и метр восемьдесят росту. Кожа смуглая, глаза голубые, кельтские. В последние годы весил в среднем 90 килограммов. Он всегда ценил суровый, простой стиль жизни и (неслучайно!) напоминал своего собственного известного героя Конана из Киммерии. Смерть этого тридцатилетнего писателя явилась серьезным ударом для литературы фэнтези.

Библиотека Роберта Говарда была передана в Колледж Говарда Пейни, где она станет основой собрания книг, писем и рукописей — Коллекцией Памяти Роберта Э. Говарда.

«Уиад фикшн» — жанр фантастики, в котором работали авторы, группировавшиеся вокруг журнала «Уиад тэйлз» (WEIRD TALES), название которого можно перевести как «Роковые (фатальные, таинственные, сверхъестественные) истории». Помимо Говарда, с «Уиад тэйлз» сотрудничали такие авторы как Говард Ф. Лавкрафт (1890-1937), Роберт Блок, Фритц Лейбер, Л. Спрэг де Камп, Кларк Эштон Смит, Фрэнк Белкнэп Лонг, Мэнли Уэйд Уэллмэн и многие другие.